Трансгендерный мужчина – Трансгендерность — Википедия

Содержание

Трансгендерные мужчины. | Блогер LucyHale на сайте SPLETNIK.RU 25 октября 2018

Рузгар Эркочлар

Турецкая актриса Нил Эркочлар поменяла пол 4 года тому назад и стала мужчиной по имени Рузгар

В 2017 году он женился на своей девушке.

 

Джейми Уилсон  Музыкант Джейми Уилсон превратился из женщины в мужчину, однако большинство людей, глядя на него, и не скажут, что первые 18 лет своей жизни он был женского пола. «Не судите книгу по обложке. Я публикую этот снимок, чтобы показать, что не все демонстрируют признаки транссексуальности», — пишет Джейми в инстаграме.

"Долгое время я пытался соответствовать гендерным ролям и тому, что общество говорит мне, как я должен выглядеть и вести себя. Но этому пришел конец"- пишет он

 Молодой культурист, впервые идентифицировал  себя как мужчина в возрасте 16 лет и с тех пор претерпел гормональную терапию ..У этого молодого человека довольно высокие цели в мире спорта. Холбрук хочет стать чемпионом в бодибилдинге.

 

 

 

 

Иэн Харви
Американский актер и стенд-ап комик часто поднимает тему трансгендерности и транссексуальности в своих выступлениях. И это неспроста, ведь эта тема ему близка: родившись девочкой, он уже в 12 лет осознал, что это не его настоящий пол. Однако на тот момент эта тема была табуирована, так что к осознанию, что он может действительно поменять свой пол, Иэн пришел только в 32 годам. 
 

Лукас СилвеираСолист и основатель канадской рок-группы The Cliks, Лукас всегда знал, что родился девочкой случайно, потому что внутри чувствовал себя всегда мужчиной. Еще до операции, он просил обращаться к нему как к парню, а после 2010 года, когда он начал гормональную терапию, его внешний вид наконец-то стал отвечать внутреннему восприятию себя. Свою группу The Cliks Лукас организовал за шесть лет до своего перевоплощения, но несмотря на кардинальные изменения, группа продолжает записываться и выступать по сей день. 



Канадский музыкант, певец, первый открытый трансгендер в рок-группе.

 

Рокко Кайатос

Известный под псевдонимом Katastrophe продюсер и рэпер из США. Первый трансгендерный мужчина, работающий в жанре хип-хопа.

 

Арас Онан

Германия, 27 лет.

 

Неван Солонья

Фитнес-влогер, основатель Q_AESTHETICS, начал принимать тестостерон в июне 2015 года, сделал операцию в сентябре.

 

Эллиот Уэйк

Писатель.

 

Раэ Дули

Персональный тренер, учится на доктора восстановительной терапии.

 

Анден Ли

Блогер Анден Ли родился девочкой в обычной семье в Британской Колумбии. 

«За последние годы я выучил несколько важных уроков. Если хочешь измениться (неважно, как именно) — делай это для себя и для своего счастья. Конечно, сама мысль о том, что ты потеряешь семью и друзей, пугающая, но по-настоящему важные люди останутся с тобой».

 

Райан Салланс
Райан родился девочкой Кимберли и начал гормональную терапию в возрасте 26 лет. Сейчас он пишет статьи по теме трансгерндерности и транссексульности, выступает на различных мероприятиях, способствую общественному принятию таких людей, как он. Два года после гормональной терапии Райан также издал книгу, в которой он описывает свои переживания по поводу гендерного несоответствия внешнего и внутреннего состояния себя. 

Балиан БушбаумБалиан родился Ивонной. Она долгое время выступала за немецкую национальную сборную по прыжкам с шестом, пока в 2007 не закончила свою спортивную карьеру из-за травмы и моментально объявил о своем намерении сменить пол. Сейчас Ивонна полноценно превратилась в Балиана, и работает тренером по прыжкам с шестом в Германии, а также фотомоделью. 

 

Барнаби Ройс

Помощник по связям с Амазон еще в в старшей школе знал, что он сделает операцию по смене пола в будущем,  но решил, что до этого момента он должен стать лучшей женской версией самого себя.

«До того, как я начал учиться в средней школе, надо мной издевались, поскольку я не был женственной девушкой. Я вел себя как парень и носил мужскую одежду. Примерно в 2009 году, в год, когда я закончил школу, я впервые рассказал своему близкому  другу о том, кто я и о свои планах по смене пола.

В 24 года Барнаби отрезав все свои волосы, а затем начал принимать гормоны. С тех пор у него было три хирургических операции.

Теперь он живет со своей девушкой в Грейслейке, штат Иллинойс.

Он объяснил, как переход изменил его жизнь.

«Это изменило мою жизнь: изменило и то, как меня воспринимают другие люди. Меня теперь рассматривают как крепкого мужчину. Я зарабатываю больше денег, чем когда я был женщиной. Я замечаю, что женщины избегают меня на улице ночью. Я чувствую себя счастливым сейчас. Я чувствую себя комфортно в своем теле. Я стал тем, кем я был всю свою жизнь, и люди наконец видят тем, кем  я являюсь на самом деле, а это придает уверенности. 

Тем не менее, я считаю, что мое прежнее «я» было одним из моих вдохновителей.Она много работала, много преодолела. Я не смог бы пройти этот путь без нее."-поделился он.

 

Blert Morina

Сербский трансгендерный мужчина  и борец за права трансексуалов. Власти страны по сей день отказывают ему в смене паспорта.

 

Колтер Александр24-летний Колтер Александр из Денвера решился рассказать миру историю своей трансформации из худощавой девушки Саши в накачанного парня Колтера. Когда Саше было 8 лет, она полностью осознала, что идентифицирует себя как мужчину. Но из-за консервативных взглядов своей семьи не могла открыто об этом заявить и до 20 лет подавляла в себе желание стать трансгендером.Однако четыре года назад, когда у девушки диагностировали дисфорию и начальную стадию депрессии, будущий Колтер решил действовать и начал гормональное лечение. Колтер также начал ходить в тренажерный зал и добился невероятных успехов. Теперь Александр регулярно публикует фотографии своего мускулистого торса. И он не стесняется того, что на его теле еще осталась женская грудь.

 

Эйдиан Доулинг

В октябре 2015 года Эйдиан Доулинг из штата Огайо стал героем обложи спецвыпуска журнала Men’s Health, обогнав почти тысячу участников. Это первый в истории случай, когда на обложке мужского издания появилась модель-трансгендер. Себя Эйдиан представляет как создателя бренда одежды и аксессуаров, видеоблогера, мотивационного оратора и защитника прав трансгендеров.

С женой

 

Джейми Рейнс

Британец Джейми начал перевоплощение в 18 лет, и тогда к нему пришла идея — зафиксировать свои метаморфозы.

Джейми ежедневно делал селфи на протяжении нескольких лет! «В первый год не было глобальных изменений — только немного начали расти волосы на лице. Затем впали щеки и появилась нормальная щетина, — рассказывал Рейнс. — Мои родители приняли мой выбор, для них я все тот же человек. К изменениям нормально отнеслась и моя девушка Шааба. Моя мама призналась, что у нее не было ощущения, что она потеряла дочь, потому что я все равно ее ребенок».

Со своей девушкой.

 

Schuyler Bailar

 

«Я не ненавижу прежнего себя. Люди говорят о моей истории, прошлом, МНЕ, как будто я был другим человеком Я не был. Я всегда был мной. В платье, с длинными волосами или короткими, с тестостероном, курсирующим по моему венам или нет. Я всегда был только собой. - Эти фотографии не могут инкапсулировать мою жизнь или мой опыт. Трансформация никогда не бывает такой простой, как «до» и «после».  Нельзя свести его к двум картинкам. Только для иллюстрации изменений "

Сейчас 21-летний парень занимается плаванием и учится в Гарварде.

 

Роман Фицджеральд

Играет в панк-фолк-группе под названием  The Darkhearts . 

 

 

 

Играет в панк-фолк-группе под названием  The Darkhearts . 

Элиас Александр

Александр 30-летний трансгендерный мужчина, который живет в Финляндии.

Шейн Ортегаамериканский военный, впервые открыто объявивший себя трансгендером. На первый взгляд Шейн Ортега ничем не выделяется в рядах сослуживцев: развитая мускулатура, короткая стрижка, белозубая улыбка, татуировки, на «гражданке» ждет любимая девушка.

Вот только раньше он сам был девушкой.

Когда у него берут интервью, Ортега отказывается вспоминать жизнь до смены пола и даже не хочет называть имя. Он лишь упоминает, что жизнь в женском теле была невероятно неестественной для него: 

«Я знал правду о себе с детства».Ортега из семьи военных: служили и отец, и мать, и оба дяди. Молодой человек никогда не мечтал о другой карьере, хотя и желал бы получить высшее образование — но пока не получилось.

Шейн начал менять пол четыре года назад. В течение нескольких лет он готовил и почву для кампании по борьбе за права солдат-трансгендеров: общался с лояльно настроенным военным руководством, с экспертами из мира медицины, с простыми американцами — посредством выступлений в разных городах. 

 

 

. harlemdane

 

 

Патрисио «Пэт» Мануэль

Мануэль - боксер, который учавствовал на шоу HBO,  The Fight Game, реалити-шоу о боксе и других боях.Со своей девушкой

 

Эван Шон

Эван - самоучка певец, модель и танцовщик, он тренируется в спорт зале каждый день. Живет в Берлине. И ведет свой блог на YouTube .

 

 Джек и Джесси Греф

Пост про них http://www.spletnik.ru/blogs/govoryat_chto/162819_devushki-bliznetcy-smenili-pol

 

www.spletnik.ru

15 невероятных историй трансгендерных мужчин, родившихся женщинами

Можете себе представить, что все ребята из нашей подборки родились девочками? Многие из них успели стать мамами, поучаствовать в конкурсах красоты, выйти замуж и развестись, прежде чем принять решение стать мужчиной.

Балиан Бушбаум


37 лет

До операции Балиан был Ивонной, немецкой прыгуньей с шестом. В 27 лет Ивонна ушла из большого спорта из-за травмы и в том же году начала гормональную терапию в подготовке к операции. Свое новое имя Ивонна взяла себе из фильма «Царство небесное», где крестоносца Балиана играл Орландо Блум.

Андреас Кригер


51 год

Еще один спортсмен, немецкий легкоатлет, прославился еще под женским именем Хайди. В 1986 году Хайди стала чемпионкой Европы в толкании ядра. Ради своей цели Хайди еще подростком под руководством тренера начала принимать анаболики, мужские гормоны и в итоге на закате своей спортивной карьеры пришла к решению изменить пол. В 1997 году после операции Хайди стала Андреасом.

Сейчас Андреас растит дочку вместе с женой Уте Краузе (бывшая пловчиха) и владеет магазинчиками походного снаряжения. Имя Кригер вошло в историю спорта не только в связи со сменой пола, но и из-за именной медали. Медаль Хайди Кригер присуждается борцам с применением допинга в спорте.

Чез Боно

48 лет

Честити — дочка певицы Шер и ее покойного мужа и партнера по дуэту Сони. О своей сексуальной ориентации Честити заявила рано: в 13 лет она рассказала родителям, в 24 года начала работать в гей-журнале, а позже стала редактором шоу Эллен Дедженерес, известной голливудской открытой лесбиянки. Честити написала две книги, посвященные проблемам гей-сообщества, одна из которых может считаться автобиографической.

К моменту операции в 2010 году Честити встречалась с девушкой по имени Дженнифер Элиа, и пара собиралась сыграть свадьбу после операции. Позже Дженнифер и теперь уже Чез расстались.

Роко Кайатос

40 лет

Татуированный парень по имени Роко Кайатос читает рэп под псевдонимом Katastrophe. Он довольно знаменит на Западе — и не только из-за творчества, но и из-за своего прошлого. Роко открыто признает факт гендерного перехода, однако все женские фото хранит в строгом секрете.

Лукас Силвейра

38 лет

Солист и основатель канадской рок-группы The Cliks собрал группу еще до операции, и в первоначальном составе играла его подруга, с которой Лукас прожил шесть лет. В 2005 году девушка бросила музыканта и ушла из группы. Это стало одним из толчков решиться на операцию мечты.

Томас Бити

43 года

Красавица с Гавайских островов Трейси Лагондино, финалистка школьного конкурса красоты, однажды завела роман с женщиной… Хотя нет, история началась раньше, когда Трейси стала принимать мужские гормоны. На операцию она решилась за год до свадьбы, и под венец пошел жених по имени Томас Бити. При этом Трейси стала мужчиной только внешне, сохранив репродуктивные функции. Это решение стало судьбоносным. Жена трансгендера не могла иметь детей, поэтому новоиспеченный мужчина… забеременел с помощью донора и родил девочку, которую назвал в честь самого себя до смены пола — Трейси!

Спустя год Томас снова родил — мальчика Остина Александра. И на следующий год Томас решился на оплодотворение и родил мальчика Дженсена Джеймса. В марте 2012 года пара развелась, а многодетный отец (и мать в одном флаконе) получил опеку над детьми.

Каси Салливан

30 лет

До 21 года Каси жил будто в чужом теле. Будучи женщиной, он вышел замуж, забеременел и понял, что хочет быть мужчиной: «Я думал, что ожидание малыша пробудит во мне женственность, но ничего не произошло. Все 9 месяцев я чувствовал себя не в своей тарелке». После рождения сына Каси понял, что сможет воспитать достойного ребенка, если не будет подавлять себя. Долгое время Каси не знал, как сказать о своих желаниях близким: «Я был раздавлен и напуган. Я отчаянно боялся рассказывать об этом семье. Несколько лет я скрывал свое решение».

В 21 год Каси развелся, удалил молочные железы и начал принимать тестостерон. Возмужав, Салливан встретил вторую половину. Он встречается со Стивеном, от которого… снова забеременел! В ноябре мужчина должен родить второго ребенка.

Джейми Уилсон

22 года

Глядя на старые фотографии Джейми, с трудом верится, что эта белокурая девушка и мускулистый бородатый парень — один и тот же человек. Джейми с детства чувствовал постоянное давление со стороны. Ему казалось, что он живет, чтобы осчастливить других, ведь никто не прислушивался к нему и к его словам о том, что внутри он — мужчина. В 20 лет Джейми отрезал волосы и начал принимать тестостерон, затем удалил молочные железы.

Сейчас Джейми занимается любимым делом — он музыкант. Уилсон признается, что день, когда он изменился, стал и лучшим, и худшим в его жизни: «Моя семья отказалась от меня, но я все равно счастлив. Пускай я не самый высокий, не самый сильный или красивый… Но знаете что? Я наконец-то стал собой! И я бесконечно счастлив».

Хейден Кросc

21 год

В июне Хейден Кросc из города Глостер в Англии стал отцом! Или матерью? Все дело в том, что Хейден родился девочкой по имени Пейдж, но в 2013 году он начал принимать гормоны. Однако прежде чем удалить яичники и грудь, Кросс решил забеременеть и нашел донора спермы. В середине лета у трансгендера родилась девочка Тринити-Ли Луиз.

Кэйден Коулман

31 год

Еще один забеременевший трансгендер в нашем списке — Кэйден из американского города Филадельфия. Коулман сменил пол 12 лет назад, и из-за мужских гормонов его беременность была почти невозможной. Для него, как и для его партнера Элайджи, новость о беременности (в 2015 году) стала шоком. Врачи же считают, что к этому привел шестинедельный перерыв в приеме гормонов, когда Кэйден готовился к операции по удалению молочных желез.

Сейчас мужчина и его супруг воспитывают дочку Азалию. Коулман не представляет жизнь без дочери, хотя и отмечает, что больше детей они с партнером не планируют.

Эйдиан Доулинг

30 лет

В октябре 2015 года Эйдиан Доулинг из штата Огайо стал героем обложи спецвыпуска журнала Men's Health, обогнав почти тысячу участников. Это первый в истории случай, когда на обложке мужского издания появилась модель-трансгендер. Себя Эйдиан представляет как создателя бренда одежды и аксессуаров, видеоблогера, мотивационного оратора и защитника прав трансгендеров.

Джейми Рейнс

23 года

Британец Джейми начал перевоплощение в 18 лет, и тогда к нему пришла идея — зафиксировать свои метаморфозы. Джейми ежедневно делал селфи на протяжении трех лет! «В первый год не было глобальных изменений — только немного начали расти волосы на лице. Затем впали щеки и появилась нормальная щетина, — рассказывал Рейнс. — Мои родители приняли мой выбор, для них я все тот же человек. К изменениям нормально отнеслась и моя девушка Шааба. Моя мама призналась, что у нее не было ощущения, что она потеряла дочь, потому что я все равно ее ребенок».

Тристайн Риз

35 лет

В августе трансгендер Тристайн Риз и его бойфренд Бифф Чаплоу впервые стали родителями. Мальчик родился абсолютно здоровым, родители назвали его Лео.

Кстати, это не первая беременность Риза. Больше года назад у Тристана случился выкидыш на шестой неделе. Врачи настаивали, чтобы супруги выждали годовую паузу, но они не послушались. Супруги также воспитывают приемных сына и дочь.

Тристан начал принимать гормоны 10 лет назад, тогда же он сменил имидж и имя. До финальной операции по смене пола дело не дошло, что помогло Тристану выносить и родить ребенка. Однако в будущем молодой отец планирует стать «полноценным» мужчиной.

Лейт Эшли

27 лет

Лейту было некомфортно в своем теле с пяти лет, а в 19 он решился на операцию. Сразу же после операции Эшли начал серьезную работу над своим телом. Постоянные тренировки и гормоны сделали свое дело — теперь он накачанный красавчик. Прошлой зимой Лейт дебютировал на Неделе моды в Нью-Йорке. В его резюме — сотрудничество с Versace, Calvin Klein и Barneys.

Эштон Колби

25 лет

Вы не поверите, но Эштон из штата Огайо — победительница нескольких американских конкурсов красоты. Но ни один титул не принес девушке счастья: «В теле привлекательной блондинки я не был собой. Став мужчиной, я стал гораздо счастливее и не скучаю по платьям и макияжу. Мне нравится жить с щетиной и бицепсами! Это моя истинная природа».

На Колби обратили внимание скауты модельных агентств в 17 лет. Он начал принимать участие в конкурсах, чем очень гордилась его мама, но, по собственному признанию, будущий парень ненавидел все это.

В 2012 году Эштон начал принимать тестостерон, а в 2013 году сделал двойную мастэктомию, которую оплатил его отец. Девушка Колби поддержала его решение. Сейчас Эштон готовится к финальной операции по смене пола.

Все-все-все

В 2016 году портал Buzzfeed составил список горячих мужчин-трансгендеров, которые раньше были женщинами. Многие из подборки преуспели в «мужских» профессиях. Например, Шейн Ортега — один из первых открытых трансгендеров в армии США. В подборке есть некоторые герои нашего материала и еще много других парней.

pomada.cc

Монологи мужчин-трансгендеров, эмигрировавших из России в Германию

К политической и колбасной эмиграции в нулевые добавилась новая волна: из России уезжают геи, лесбиянки и люди, чье понимание половой идентичности отличается от общепринятого. «Афиша Daily» поговорила с теми, кому, возможно труднее, всего, – трансгендерными мужчинами, переехавшими в Германию.

Дима Лунатик

34 года. Родился в Грозном, переехал с семьей сначала в Москву, потом в Германию. Живет в Берлине 6 лет, в Германии — 20

«С самого детства я ощущал себя мальчиком, но все упорно твердили, что я девочка. С этим было трудно смириться, но я верил, что однажды утром проснусь наконец-то самим собой — мальчиком Димой. Я периодически спрашивал маму: когда же все-таки это произойдет? Мама поначалу эти вопросы игнорировала, но как-то все-таки ответила, что мальчиком я не стану никогда. Я очень расстроился.

У меня была отдушина. Я убегал играть в соседский двор и там представлялся Димой. Каждый день после уроков много гулял — уходил в дальние дворы, где мог быть тем, кем хотел. В самом классе я не пытался ничего изменить. Злился, конечно, что ко мне относятся не как к мальчику, но молчал. Однажды подрался с одноклассником. Нас наказали по-разному: мне сказали, что я девочка и вести себя так не должен. Было обидно.

Летние каникулы я проводил у бабушки в Волгограде. Когда мне было 11 лет, мама наконец-то согласилась постричь меня коротко, и мне еще не прокололи уши — мы договорились перенести это на осень. У меня оставалось одно лето, когда я выглядел как мальчик. Я решил попробовать прожить его так, как если бы я родился в мужском теле: познакомился с ребятами из соседнего двора, сказав, что я Дима. Мне поверили. Там я встретил девочку лет семи, в которую по-детски влюбился. Подарил ей колечко, пытался носить на руках и был ужасно счастлив. Бабушку я попросил меня поддержать и при ребятах называть исключительно Димой. Она не стала вникать в детали и согласилась. Лето закончилось, мне прокололи уши, и я сделал вид, что смирился со своим женским статусом.

Мне сказали, что я девочка и вести себя так не должен. Было обидно

Лет в 13 я увидел в журнале рекламу мужского нижнего белья и подумал: может быть, когда мне будет 20 лет, медицина уже так продвинется, что и я смогу иметь такое тело. Интересно, но, когда мне действительно стукнуло двадцать, я ни об операции, ни о гормонах не задумывался: ни я, ни общество к этому не были готовы. Когда я думал о транслюдях, в моей голове складывался образ трансвестита: переодетого в одежду противоположного пола человека, который, однако, выглядит совсем ненатурально. Такие полумеры меня не устраивали. Поэтому я принял правила игры: если я девочка, то влюбляться должен в мальчиков — с ними и заводил отношения. Если бы меня тогда спросили, хотел бы я стать мальчиком, я непременно ответил бы: да, но не дано, отстаньте.

Первой предпосылкой для перехода стало знакомство с ЛГБТ-комьюнити — его для меня открыло немецкое общество. До этого я, конечно, знал, что существуют геи и лесбиянки, но воспринимал иную сексуальность как нечто противоестественное. Такому восприятию способствовали русскоязычные каналы в Германии. В немецкой школе иногда использовали слова «гей», «лесбиянка» в оскорбительном смысле, но в целом отношение было более терпимым, чем в России. Долгое время меня привлекали женщины, однако поддаться своим желаниям я боялся — не хотел услышать в свой адрес страшное слово «лесбиянка». В 19 лет я все-таки решился на секс с девушкой. После той ночи я понял, что произошло что-то ошеломляюще правильное, но изменить свою жизнь сразу после этого опыта не удалось. Еще несколько лет я строил отношения с парнями. В 21 я пошел в гей-клуб и безнадежно влюбился в одну девушку. Пригласил ее на танец, положил руки ей на талию, как это сделал бы парень, а она положила руки мне на плечи, как это сделала бы девушка. Это стало поворотным моментом — я понял, что хочу большего.

В 30 лет я все-таки решился на переход. Я тогда регулярно ходил в «Квартиру» (Quarteera — русскоязычная ЛГБТ-организация в Германии. — Прим. ред.), и к нам в гости впервые пришла трансженщина. После ее ухода я, слыша, как сердце стучит практически в ушах, признался, как в детстве всем представлялся мальчиком Димой. Думал, что ребята из «Квартиры» скажут: «Ну, с кем не бывает. Было и прошло». Но они отреагировали иначе. Спросили, где Дима сейчас? Я сказал, что Дима никуда не делся, просто прячется где-то внутри, потому что выходить наружу ему нельзя. В ответ мне порекомендовали загуглить FTM — female-to-male. Через несколько часов поисков я сделал вывод, что переход — это не очередное переодевание. Человек действительно начинает выглядеть как мужчина. Передо мной открылась дверь в новую жизнь, о которой я уже перестал мечтать.

По специальности я инженер и неспроста пошел в естественные науки: все, что происходит, я непременно хочу объяснить. Так вот, я не раз задавал себе вопрос «Почему?»: почему я чувствую себя мужчиной, несмотря на то что родился в женском теле? Два года я ходил к психотерапевту, чтобы найти ответ. После пришел к выводу, что вопрос этот неуместен. Единственное, что важно понять, — что происходит: какова данность и что я по этому поводу чувствую? Причины могут быть совершенно разные. Например, что пол мозга и генетически заложенный пол разошлись при развитии эмбриона. Существуют десятки теорий, и ни одна из них не сделает меня счастливым. Данность в том, что я по-настоящему счастлив только в мужском гендере. И только это имеет значение. Трансгендеры — не ошибка природы, а разновидность человека.

После посещения психотерапевта я начал принимать гормоны, чуть позже сделал операцию на грудь. Незадолго до этого я рассказал о своем решении родителям: каминг-аут дался им тяжело. Они отреагировали так, будто кто-то горячо ими любимый умер, и прошли все фазы: отрицание — обвинение — агрессия — принятие, к которому они пришли через два года. Мама плакала и говорила, что у нее не повернется язык назвать меня Димой, но я ее успокоил: сказал, начнет тогда, когда сможет. В целом, когда люди меня с непривычки мисгендерят (обращаются в женском роде. — Прим. ред.), я не обижаюсь. Я понимаю, что требуется время, для того чтобы перестроиться. Мне повезло с родителями — они у меня очень любящие люди и всегда оставались рядом.

Когда я уже начал переход, заболела бабушка — нужно было лететь в Россию. Мама очень переживала, но я сел рядом с бабушкой и сказал: «Бабуля, помнишь, в 11 лет я был мальчиком Димой? Подыграй мне и сейчас, пожалуйста, — обращайся ко мне в мужском роде при медсестрах и докторе». Бабушка все вспомнила, согласилась и опять не стала ничего спрашивать. Зачем травмировать пожилого человека рассказами про гормоны? К каждому нужен свой подход.

Перед переходом я поговорил с коллегами, с которыми часто взаимодействую по работе. Реакции были благожелательные, но двух типов. Кто-то говорил: «Спасибо, что поделился. Удачи и обращайся, если будет нужна поддержка», другие реагировали чуть более нейтрально: «Спасибо за информацию, окей, постараюсь перестроиться».

Я хотел задокументировать свой переход, поэтому запустил ютьюб-канал — не только для себя, но и в помощь тем, кто задумывается о переходе. Начал вещать на английском — думал, это откроет доступ людям из разных стран. Да и по-русски, если честно, я выступать побаивался: думал, завалят жуткими комментариями. Но мои англоязычные видео не пользовались спросом, и я сделал первое короткое видео на русском — представился и спросил: «Ребята, я вам нужен?» Реакцию получил ошеломляющую: люди благодарили, просили продолжать. Посыпались десятки писем: длиннющих, похожих на крик души. О том, как тяжело и что есть чувство, что никто никогда их не примет.

Сейчас я думаю о том, продолжать ли операции: столкнулся с внутренним конфликтом по поводу репродуктивных органов. Есть чувство, что, если у меня их не будет, я стану неполноценным человеком — потеряю возможность иметь детей с собственным биологическим материалом. Сейчас я в состоянии выносить и родить ребенка, какое-то время это еще будет возможно. Мне, конечно, нужно будет прекратить принимать тестостерон и надеяться, что мои органы снова начнут работать. Некоторые трансгендерные мужчины так и делают. Но если я сделаю операцию на половые органы, то пути назад не будет. Решение я еще не принял — нахожусь на распутье.

Уже восемь месяцев я встречаюсь с девушкой, и она принимает меня таким, какой я есть. Готова поддержать, даже если я все же решусь на операции. Интересно, но именно сейчас, когда я стал выглядеть как мужчина, я принял свою женственность. Когда отпала необходимость доказывать социуму свою гендерную принадлежность, я стал не только счастливее, но и могу вести себя вне гендерных определений. Мой опыт дал мне возможность пожить в женской роли, а теперь в мужской. Благодаря этому я намного лучше понимаю и тех и других.

Если бы в нашем мире не было четкого разделения на «он» и «она», я не знаю, была бы у меня и у других транслюдей потребность в переходе. Если бы существовал такой мир, где я бы мог сказать: «Я мальчик, обращайтесь ко мне в мужском роде», и люди бы меня сразу приняли, тогда бы я, наверное, не стал принимать гормоны. В таком мире я, возможно, не испытывал бы дискомфорта от своего тела, потому что оно меня, если честно, всегда устраивало. Не устраивало только то, что на меня вешают ярлыки, не считаясь с моими внутренними ощущениями. Ненависть к своему телу, которая возникает у многих транслюдей до перехода, — результат жесткой гендерной стигматизации, основанной, по сути, только на телесных показателях».

Каспар Кадо

24 года. Переехал из Петербурга в Берлин полтора года назад

«Я вырос в спальном районе Петербурга — в патриархальной гетеронормативной среде. Мальчишки, которые меня окружали, рано или поздно перенимали атрибуты токсичной маскулинности: агрессию, гомофобию, конкуренцию, эмоциональную замкнутость. Себя я во всем этом не видел, но других примеров мужской социализации у меня на тот момент не было. Поэтому долгое время я не задумывался о своей мужской идентичности всерьез.

Когда мне было 11 лет, я пришел на дискотеку в летнем лагере, переодевшись мальчиком, пригласил подругу на танец и очень обрадовался, что она меня не узнала. С тех пор я часто играл мужских персонажей на карнавальных вечеринках с друзьями, регулярно рисовал на лице усы и чувствовал себя потрясающе. Тогда еще я не мог, к сожалению, себе признаться, что это нечто большее, чем маскарад. Я даже не знал, что такое гендер, потому что в России получить информацию о трансгендерности из адекватных источников, а не из скандальных ТВ-шоу, крайне сложно. Но интуитивно потребность самовыражения в мужском гендере я чувствовал.

В 18 лет я открыл феминизм. Это изменило мои взгляды на жизнь и побудило к критическому анализу как себя, так и окружающего мира. Одновременно нарастал дискомфорт от несоответствия моих внутренних ощущений с тем, как я выгляжу, и с тем, как меня воспринимают окружающие: мне было плохо в собственном теле. У себя в голове я был самим собой, а, когда подходил к зеркалу, видел кого-то совсем другого — сюрреалистический опыт. Очень много времени и энергии уходило на отыгрывание присвоенной мне социальной роли.

У себя в голове я был самим собой, а, когда подходил к зеркалу, видел кого-то совсем другого — сюрреалистический опыт

Когда я окончательно понял, что мне не подходит женская социализация и всерьез задумался о переходе, то задал себе вопрос: играет ли роль в моем решении тот факт, что мы живем в патриархальном обществе и женщинам в нем намного сложнее? Не принимаю ли я за трансгендерность внутреннюю мизогинию, то есть привитую с детства установку «женщина — это что-то плохое, слабое и несамостоятельное»? Но понял, что я никогда сознательно не разделял эти стереотипы и мне всю жизнь было проще строить доверительные отношения с девушками. Я восхищаюсь многими женщинами в истории искусства и науки — Ниной Симон и Софией Парнок, например. Но даже с ними я не могу себя соотнести.

На моем пути к переходу было несколько эпизодов, которые этот процесс замедлили. Первым препятствием, как ни странно, стал визит в одну из групп поддержки транслюдей. Там я встретил стереотипных патриархальных мужиков, от которых несколько раз слышал сексистские шутки. Стереотипы в целом большая проблема транс-сообщества: среди трансмужчин порой травят феминных мальчиков, которые не любят футбол, качалку и пиво. Если у тебя нет желания или возможности сделать все связанные с переходом операции, то ты якобы недостаточно трансгендер. Однако через какое-то время я познакомился с проектом «Т-Действие»: там работают приятные люди, которые предоставили мне необходимую информацию, и они следят за атмосферой — чтобы не было ни травли, ни гендерных стереотипов.

Прежде чем начать гормональную терапию, я прошел несколько медицинских обследований. Некоторые врачи отнеслись ко мне с пониманием: одна врач-эндокринолог выслушала мою историю и пожелала удачи. Несмотря на такое отношение, некоторые из них помочь не смогли — сказали, что они впервые видят трансгендерного человека и им не хватает квалификации. Выписанные мне гормоны получить оказалось трудно: однажды я пришел в аптеку с официальным рецептом, но фармацевт не сразу выдал тестостерон — сначала он с кем-то созванивался и что-то выяснял. Знаю случаи, когда разворачивают, потому что не полностью расшифровано имя врача, хотя бумага несколько раз подписана.

Отдельная тема для разговора — сложности с деньгами. Трансгендерам трудно устроиться на работу из-за социального неприятия. Кто-то вынужден в офисе одеваться в соответствии с паспортным гендером, а это колоссальный стресс. Как-то я пришел на интервью в один офис в Петербурге и увидел знакомого трансгендера; очень обрадовался, подумал, что компания лояльна к ЛГБТ. Но не тут то было — он отвел меня в сторону и попросил никому не рассказывать. На эту работу я так и не пошел, потому что после тяжелого каминг-аута с родителями у меня совсем не было желания прятаться. В итоге большую часть времени в Петербурге я сидел без работы.

Лет с 18 я не жил у родителей и не делился с ними своими поисками. Но трансгендерный каминг-аут рано или поздно придется совершить, если собираешься поддерживать отношения с человеком. Спустя несколько месяцев с начала приема гормонов у меня понизился голос, начали происходить изменения. В это же время умерла бабушка, и, когда я приехал на похороны, родители не могли не заметить произошедшего. Папа отвел меня в сторону и спросил: «Не надумала ли ты стать мужчиной?» Когда я подтвердил его догадки, он только попросил не рассказывать маме. Через какое-то время мама сама начала задавать вопросы — я ответил честно. Она бросилась в слезы, просила остановиться. Ей было сложно понять, что передо мной стоял выбор между переходом и самоубийством. В последнее время отношения стали лучше — они начинают меня потихоньку принимать. Отец написал трогательное письмо: он патриот и болезненно отнесся к моему переезду в Берлин. Но увидел передачу о том, как «некий Милонов» травит трансгендерную женщину (в сентябре депутат заксобрания выступал против участия Екатерины Мессорош в работе на выборах. — Прим. ред.), и написал, что начинает понимать, почему я не захотел оставаться. И еще добавил, что всегда на моей стороне и никому не позволит меня оскорблять.

Так получилось, что мой переход совпал с переездом в Германию — в Берлине у меня всегда было много друзей. В один из своих приездов я познакомился с будущей женой и тогда окончательно решился переехать. У нас с Софией очень похожая история: она переехала из Барселоны в Берлин, когда начала свой переход. По ее словам, в Испании, где она жила с 13 лет, много трансфобии. В целом в Берлине мне как трансгендерному человеку комфортнее, чем в Петербурге. Здесь, например, можно получить гормоны и осуществить необходимые операции по медицинской страховке. Правда, ждать этих операций, возможно, придется несколько лет. Еще в Германии социальных гарантий лишены трансгендерные люди без документов — а их немало. Я общался с бездомной трансгендерной женщиной из Болгарии, которая пошла работать на стройку под мужским именем, чтобы уйти из проституции.

Сейчас я хожу к психотерапевту, которая помогает мне бороться с депрессией и социальной тревожностью. Мои друзья, живущие в России, не имеют таких возможностей. Там специалистов, которые понимают трансгендерную проблематику и уважительно относятся к транслюдям, единицы. Чтобы пройти комиссию для постановки диагноза «транссексуализм», нужны немалые деньги. Некоторые люди, которые не получают доступа к помощи, пытаются осуществить переход самостоятельно. Это может стоить здоровья, иногда и жизни. Поэтому политика замалчивания и возведения преград не уменьшает количество трансгендеров, но может увеличить количество искалеченных жизней.

В рабочем пространстве Берлина быть открытым трансгендером тоже проще. Когда я в первый раз устраивался на работу, то сразу поставил в известность работодателей, как ко мне обращаться. Они отреагировали спокойно и взяли меня на испытательный срок. Это, впрочем, не заслуга компании или конкретных работников — просто в Германии существуют антидискриминационные законы. Коллеги, конечно, задавали вопросы. Кстати, еще один страх, связанный с переходом, — что ты и твое тело станут живым экспонатом. Важно понимать, что у трансчеловека не стоит спрашивать то, чего вы не стали бы спрашивать у любого другого малознакомого человека. Вы же не подойдете к вашему коллеге с вопросом про его гениталии.

С уличным харассментом я столкнулся в Берлине только один раз. В метро зашла группа русскоязычных парней, которая начала тыкать в меня пальцами и говорить: «О, смотри, пидорас». Возможно, это вопрос везения, но в остальном я чувствую себя в Берлине безопасно».

Подробности по теме

«Кобыла, жирная, глиста»: девушки рассказывают о том, как их стыдят за внешность

«Кобыла, жирная, глиста»: девушки рассказывают о том, как их стыдят за внешность

Анно Комаров

44 года. Получил статус беженца в Германии месяц назад, живет во Франкфурте-на-Майне

«Некоторые трансгендерные мужчины рассказывают, что в детстве играли в машинки вместо кукол. У меня ничего такого не было: лет с трех я начал задумываться, с кем бы я мог себя соотнести — с девочками или мальчиками, и пришел к выводу, что ни с теми ни с другими. Я никогда не понимал, что это такое — чувствовать себя мужчиной, женщиной… Можно, наверное, сказать, что я ощущал себя просто живым. При этом я был похож скорее на мальчика, поэтому сталкивался с буллингом в пионерских лагерях. В отряде обязательно находилась пара агрессивных девочек, которым мой внешний вид не давал покоя.

Я никогда не считал, что гендер и сексуальная ориентация — врожденные характеристики. Я верю, что мы формируемся в процессе жизни. В подростковом возрасте я понимал, что сексуальные предпочтения лучше не озвучивать, но ощущал себя здоровым. Родители растили меня уверенным в себе человеком. В 30 лет у меня появилась постоянная девушка, но в глазах родственников моей девушки я приходился ей никем: наши отношения не представляли для них никакой ценности, потому что не были нормативными. Этот опыт подтолкнул меня к участию в Московском прайде, который инициировал Николай Алексеев. После этого меня начали выдавливать на работе — я был ведущим сотрудником в одном из крупнейших книготорговых предприятий, работал с ВИП-партнерами. Когда началась реорганизация, первыми под сокращение попали именно квирные люди. Потом те же руководители на новых предприятиях звали меня обратно, но я не вернулся — продолжил заниматься активизмом.

Через четыре года пребывания в оргкомитете Московского прайда я обратил внимание на четвертую букву аббревиатуры ЛГБТ и задался вопросом: ну хорошо, права геев мы охватили, права лесбиянок тоже, а как же трансгендерные люди? Чтобы понять их проблемы, надо жить как они — а к тому моменту мне стало совсем неинтересно быть лесбиянкой. Я решил позиционировать себя как агендер и стал искать общества трансгендерных мужчин. Зарегистрировался на российском форуме для трансгендерных мужчин и пошел на пикник, организованный его участниками. Встреча мне понравилась, и я подумал, что мне интересна идея физического перехода.

Решение стать трансгендерным человеком я принял по политическим соображениям. С самого начала я понимал, что с точки зрения раскачивания патриархальной матрицы это еще эффективнее, чем быть неконформной женщиной. Трансгендерным людям больше, чем другим представителям ЛГБТКИ-сообщества (лесбиянки, геи, бисексуалы, трансгендерные, квир и интерсексуальные люди. — Прим. ред.), социум пытается доказать, что нужно следовать нормам. В этом смысле у трансгендерности огромный потенциал поставить патриархально-иерархические нормы под сомнение и прекратить существование гендера как дискриминационного фактора, сделав его опциональным.

Чтобы понять их проблемы, надо жить как они — а к тому моменту мне стало совсем неинтересно быть лесбиянкой

Мою агендерность окружающие игнорировали: продолжали поздравлять с 8 Марта, открывать дверь, уступать место. Я уже давно носил унисекс-одежду и стал покупать утягивающие майки для трансгендерных мужчин, но и это не помогало. Тогда я начал говорить о себе в мужском роде, а через какое-то время поменял имя на мужское голландское — Анно. Я определял себя как гендерквира (гендерная идентичность, отличная от мужской и женской. — Прим. ред.), а в дальнейшем — как трансгендерного мужчину. Операций я, тем не менее, не делал, потому что у меня было острое ощущение телесной неприкосновенности: я никогда не делал ни пирсинг, ни татуировки. Но, когда мне исполнилось 40 лет, за пару дней до одного из первых трансактивистских мероприятий, которое я организовывал вместе с активистками Яной Ситниковой и Серое Фиолетовое, меня сбила машина. Пришлось делать серьезную операцию под наркозом, и после этого я легко решился на мастэктомию — удаление молочных желез. Через полтора года начал принимать тестостерон.

У меня по-прежнему нет гендерной идентичности, только репрезентация — оболочка для социума, как фантик от конфеты. Более сорока лет я прожил в условно женском теле и теперь наблюдаю, как смотрят на меня люди после перехода. Первое, что бросается в глаза, — разница в ценности моего мнения в глазах других. Раньше, когда я высказывался, обязательно находился мужчина, который считал своим долгом опровергнуть или изменить мои представления. Расслабленно беседовать было невозможно, потому что в какой-то момент начинался спор. После перехода подобные ситуации не возникают — беседы стали непринужденнее. Появились, правда, другие общественные ожидания: теперь социум считает, что я должен, например, быть сильным и уметь драться. Но, когда я делал переход, я знал, что гендерным нормативам соответствовать не буду, потому что у меня нет такого желания.

Мне становилось все тяжелее находиться в России в первую очередь из-за политического климата. После 2013 года градус агрессии к ЛГБТКИ-комьюнити стал расти. Однажды мы с другом курили на лестничной клетке, и мой сосед, не узнав меня со спины, столкнул нас головами. Я получил сотрясение мозга, подал заявление в полицию, но делу не дали хода. После закона о запрете пропаганды нетрадиционных отношений у людей появилось ощущение вседозволенности: будто с ненормативными людьми можно делать все что угодно.

Однажды мы поехали на пляж с компанией — там были трансгендерные женщины в процессе перехода, трансгендерные мужчины, цис-геи (цисгендерность — гендерная идентичность, которая совпадает с полом, приписанным при рождении. — Прим. ред.). На обратном пути в маршрутке одного из наших друзей начали избивать несколько мужчин из-за того, что он якобы толкался. Друг наш худой и добродушный, вряд ли он мог сильно навредить. Более того, он попытался извиниться, но это не помогло. В какой-то момент мне пришлось вмешаться, потому что ситуация приняла критический оборот, — тогда агрессия переключилась на меня. Меня не раз избивали в ходе акций, продолжили после принятия закона о гей-пропаганде, и каждый раз после побоев я восстанавливался. Но с возрастом это давалось все сложнее. Именно поэтому я решил просить политическое убежище в другой стране.

Во Франкфурт мы переехали вместе с моим бывшим партнером — он тоже трансгендерный мужчина и его дочкой. Она, кстати, нашими переходами очень интересовалась; мы ей все рассказывали. В свои семь лет она знает, кто такие трансгендерные люди и что такое гомосексуальность. Первые месяцы после перехода она обращалась к моему партнеру то как к маме, то как к папе. Но потом мой партнер попросил называть его папой в публичных местах: только представьте себе реакцию родителей на детской площадке Красногорска, когда ребенок кричит «Мама!» бородатому мужчине. Теперь она называет его папой и говорит, что у нее есть цис-папа, транс-папа и транс-отчим.

Дочка говорит, что у нее есть цис-папа, транс-папа и транс-отчим

Мы не могли оформить визу для ребенка, поэтому единственной возможностью покинуть Россию был запрос убежища в нешенгенской транзитной зоне, которая, согласно билету, была страной пересадки. Самый дешевый перелет, соответствовавший всем требованиям, был через Германию в Турцию, поэтому мы забронировали билет — Минск — Франкфурт — Стамбул и сошли во Франкфурте без дальнейшей пересадки.

Процедура запроса политического убежища в аэропорту очень неприятная. Мы сошли с самолета в транзитную зону и обратились к полицейским на паспортном контроле с заявлением о том, что просим политическое убежище. Они достали наш багаж и начали допрос. Мы по отдельности прошли личный досмотр, указав письменно предпочитаемый нами гендер полицейских, которые будут его проводить, — выбрали мужчин. Личный досмотр проводился корректно, но при досмотре вещей с нами обращались грубо. При попытках объяснить, что находится в нашем багаже, полицейские командовали: «Сидеть! Молчать!» При этом женщина из полиции нас мисгендерила, называла меня «леди в красном», а партнера — «леди в черном» и интересовалась у досматривавших нас полицейских, есть ли у нас «положенные» мужчинам органы.

Потом у нас отобрали гормоны. Дело в том, что в Германии относительно недавно ввели антидопинговый закон. Активисты транс-движения сразу сказали, что он ударит по трансгендерным мужчинам, но государство к ним не прислушалось. В итоге трансгендеры, пересекающие границу, находятся в зоне риска. Вернули нам их только через месяц — к тому моменту я чувствовал себя уже довольно плохо.

Из аэропорта нас отвели в лагерь для беженцев, где мы провели два с половиной месяца. Мисгендеринг здесь весьма распространен: мы мало общались с другими беженцами, но официальные лица даже после подробного рассказа о направлении перехода, а также в каком гендере я предпочитаю обращение к себе, зачастую обращаются к нам Frau и sie (по-немецки — «она». — Прим. ред.). Исключение составляют социальные работники и работницы в лагерях, которые нас поддерживают и относятся с пониманием.

Через пять месяцев со дня переезда в Германию нам подтвердили статус беженцев — это по местным меркам рекордный срок. Нам выдали удобный номер в гостинице в центре города с отдельными душевой и маленькой кухней. Поскольку мы разошлись с партнером, я жду, когда мне предоставят отдельное жилье. Позже я могу снять квартиру, которую будут оплачивать социальные службы, пока я не начну зарабатывать сам.

Переехав из Москвы, я потерял очень многое: прекрасных активистов, друзей-художников, российские пейзажи, которые я очень люблю. Я считаю, что Москва — совершенно европейский город с передовой активистской средой и крутыми проектами. Но, эмигрировав, я решил важную задачу — я больше не чувствую постоянной угрозы физического насилия. В российском публичном пространстве я постоянно контролировал ситуацию — здесь такой необходимости нет.

А в остальном, если честно, разницы между Россией и Германией с точки зрения отношения к трансгендерным людям нет. Я благодарен Германии за то, что меня здесь приняли, но развивать тут еще нужно очень многое. Я присутствовал на одной официальной конференции о правах ЛГБТ-беженцев в городской ратуше, где сам формат не предполагал возможности высказаться беженцам. Здесь, как и везде, транс-вопросы по сравнению с лесбийско-геевской проблематикой воспринимаются как слишком частные. Да и в целом, если бы вопрос гендера не стоял в Германии так остро, мне бы сразу выдали документы с корректным именем и гендерным маркером. Сейчас я добиваюсь выдачи мне актуальных документов, потому что прежние отстали от меня сегодняшнего и уже не соответствуют действительности».

Подробности по теме

Активистка Серое Фиолетовое: «Война станет нашим телом»

Активистка Серое Фиолетовое: «Война станет нашим телом» Новости, анонсы, релизы и личные мнения наших редакторов на все это — в телеграме «Афиши Daily».

daily.afisha.ru

"Я не могу встретить подходящую женщину"

48-летний Ли Картер считает, что будет «лучшим любовником» среди когда-либо живших на Земле, так как прожив более 40 лет женщиной знает, чего они хотят на самом деле.

Трансгендерный мужчина, у которого новое тело за 75 тысяч долларов, включая бионической половой орган, 4 года спустя все ещё девственник, так как не может найти подходящую женщину.

Изображение: The Sun

48-летний Ли Картер утверждает, что благодаря тому, что 40 лет прожил «Лизой», его знание женского тела сделает его лучшим любовником среди когда-либо живших на Земле. Но несмотря на операцию, оплаченную Национальной службой здравоохранения Англии, давшей ему мужское телосложение, он все ещё не встретил подходящую женщину, чтобы доказать это.

Ли хотел бы испытать свой новый бионический мужской половой орган, сделанный с использованием кожи его руки и маленького насоса, но хочет сделать это «старомодным путем».

Изображение: The Sun

«Мои товарищи шутят, что я нахожусь в лучшем положении, чем кто-либо, потому что я знаю, чего женщина хочет и теперь у меня есть и необходимые причиндалы, — объясняет Картер. — Я хотел бы испытать всё теперь, когда у меня наконец-то есть правильное тело, но я старомоден и в первую очередь хочу влюбиться. Я остаюсь девственником с момента изменения пола, но я готов встретить подходящую женщину».

«Женщины всегда хотят знать, работает ли у меня все должным образом, и мой ответ — 100% да».

Изображение: The Sun

Ли потребовалось 3 года, чтобы перестать быть Лизой, после 5 операций, оплаченных Национальной службой здравоохранения Англии стоимостью 75 тысяч долларов.

«Я провел половину своей жизни запертым в неправильном теле, поэтому у меня такое ощущение, что моя жизнь только началась, — говорит Картер. — Я доволен тем, кем являюсь сейчас и знаю, что могу сделать счастливой и подходящую женщину».

Ли родился Лизой Кипенс — но полагает, что с самого раннего возраста знал, что с ним что-то не так. «До трех лет я был маленькой девочкой, … но став старше полюбил футбол и возненавидел кукол, — рассказывает он. — Мои родители думали, что я был сорванцом».

Изображение: The Sun

В сбитой с толку Лизе развивались чувства к девочкам, но Ли утверждает, что никогда не чувствовал себя лесбиянкой. «Постепенно я начал понимать, что не просто предпочитаю зависать с мальчиками, но на самом деле хочу быть одним из них, — поясняет он. — Я думал, действовал и чувствовал, как мальчик, поэтому мне нравились девочки».

Период полового созревания означал для него, что он возненавидел изменения в своем теле, в частности, свои большие груди. «Я просто чувствовал, что они не принадлежат мне», — рассказывает Картер.

После окончания школы Ли создал бизнес по уборке и попытался, будучи Лизой, знакомиться с женщинами. «У меня была короткая стрижка и я одевался как мужчина, — объясняет Картер. — Интересно, что женщины, которые мне нравились, никогда не были лесбиянками».

Но проблемой были половые отношения. «Я чувствовал, выглядел и вел себя как мужчина и мои партнеры считали меня мужчиной, но мое тело не совпадало с этим представлением», — признается он. На этой почве у Лизы даже появлялись мысли о самоубийстве.

И только когда возраст Картера начал приближаться к 40 годам, он начал думать о гендерной хирургии и обсуждать это со своим терапевтом.

Изображение: The Sun

Он вспоминает: «К тому времени это уже имело смысл. Я знал, что точно родился в неправильном теле. Это была медицинская проблема и её нужно было исправить».

Его терапевт согласился и организовал консультации перед изменением пола, которое проходило в виде пяти дорогостоящих операций.

«Да, это было дорого, но я и моя семья всегда были добросовестными налогоплательщиками и я никого не просил, чтобы родиться в неправильном теле, — говорит Ли. — Любая другая медицинская проблема должна быть исправлена, а эта конечно не то, что можно сделать легко и просто. Я чувствовал, что заслужил шанс прожить свою жизнь в правильном теле и ощущать себя совершенным и счастливым»

Ли начал гормональное лечение в мае 2009 года для прекращения месячных и изменения голоса.

Изображение: The Sun

Примерно в это же время, как утверждает Картер, его посетили ангелы, которые заверили, что он делает правильную вещь, изменяя свой пол.

«Раньше я не был слишком верующим, но однажды в супермаркете ко мне подошла дама и сказала, что она медиум и видит ангелов позади меня и что они заботятся обо мне, — рассказывает Ли. — У них, по-видимому, было сообщение для меня».

«Она говорила, что они сказали, что я всё делаю правильно и после этого я начал замечать всё больше и больше знаков, такие как маленькие белые перья».

Произошедшее вдохновило Ли написать книгу о своем изменении пола под названием «Жизнь с Лизой».

Изображение: The Sun

В июне 2010 года его груди 4-го размера были удалены, а в ноябре он перенес 12-часовую операцию фаллопластики для создания мужского полового органа с использованием кожи и вен, взятых с руки.

В мае 2011 года были удалены его женские детородные органы и создана новая система мочеиспускания.

В октябре 2011 года были созданы тестикулы с помощью силиконовых имплантатов, а в апреле 2012 года внутрь них был имплантирован насос.

«Я был очень доволен результатами. Я наконец почувствовал, что моя внешность соответствует внутреннему миру, но я решил подождать, пока не восстановился эмоционально и физически, прежде чем начать отношения», — говорит Картер.

Изображение: The Sun

Но уже прошло 4 года и Ли говорит, что готов встретить подходящую женщину и потерять свою мужскую девственность.

«Я не нервничаю, я точно знаю, что делать и я счастлив со своим телом, я просто хочу встретить подходящую женщину, — поясняет Картер. — У меня есть тело, я горжусь и друзьями, и семьей, которые любят меня. Все, что мне сейчас нужно, это женщина, с которой можно разделить свою жизнь».

deadbees.net

Я не могу встретить подходящую

48-летний Ли Картер считает, что будет «лучшим любовником» среди когда-либо живших на Земле, так как прожив более 40 лет женщиной знает, чего они хотят на самом деле.



Трансгендерный мужчина, у которого новое тело за 75 тысяч долларов, включая бионической половой орган, 4 года спустя все ещё девственник, так как не может найти подходящую женщину.



48-летний Ли Картер утверждает, что благодаря тому, что 40 лет прожил «Лизой», его знание женского тела сделает его лучшим любовником среди когда-либо живших на Земле. Но несмотря на операцию, оплаченную Национальной службой здравоохранения Англии, давшей ему мужское телосложение, он все ещё не встретил подходящую женщину, чтобы доказать это.



Ли хотел бы испытать свой новый бионический мужской половой орган, сделанный с использованием кожи его руки и маленького насоса, но хочет сделать это «старомодным путем».



«Мои товарищи шутят, что я нахожусь в лучшем положении, чем кто-либо, потому что я знаю, чего женщина хочет и теперь у меня есть и необходимые причиндалы, — объясняет Картер. — Я хотел бы испытать всё теперь, когда у меня наконец-то есть правильное тело, но я старомоден и в первую очередь хочу влюбиться. Я остаюсь девственником с момента изменения пола, но я готов встретить подходящую женщину».



«Женщины всегда хотят знать, работает ли у меня все должным образом, и мой ответ — 100% да».



Ли потребовалось 3 года, чтобы перестать быть Лизой, после 5 операций, оплаченных Национальной службой здравоохранения Англии стоимостью 75 тысяч долларов.
«Я провел половину своей жизни запертым в неправильном теле, поэтому у меня такое ощущение, что моя жизнь только началась, — говорит Картер. — Я доволен тем, кем являюсь сейчас и знаю, что могу сделать счастливой и подходящую женщину».



Ли родился Лизой Кипенс — но полагает, что с самого раннего возраста знал, что с ним что-то не так. «До трех лет я был маленькой девочкой, … но став старше полюбил футбол и возненавидел кукол, — рассказывает он. — Мои родители думали, что я был сорванцом».



В сбитой с толку Лизе развивались чувства к девочкам, но Ли утверждает, что никогда не чувствовал себя лесбиянкой. «Постепенно я начал понимать, что не просто предпочитаю зависать с мальчиками, но на самом деле хочу быть одним из них, — поясняет он. — Я думал, действовал и чувствовал, как мальчик, поэтому мне нравились девочки».
Период полового созревания означал для него, что он возненавидел изменения в своем теле, в частности, свои большие груди. «Я просто чувствовал, что они не принадлежат мне», — рассказывает Картер.
После окончания школы Ли создал бизнес по уборке и попытался, будучи Лизой, знакомиться с женщинами. «У меня была короткая стрижка и я одевался как мужчина, — объясняет Картер. — Интересно, что женщины, которые мне нравились, никогда не были лесбиянками».
Но проблемой были половые отношения. «Я чувствовал, выглядел и вел себя как мужчина и мои партнеры считали меня мужчиной, но мое тело не совпадало с этим представлением», — признается он. На этой почве у Лизы даже появлялись мысли о самоубийстве.
И только когда возраст Картера начал приближаться к 40 годам, он начал думать о гендерной хирургии и обсуждать это со своим терапевтом.



Он вспоминает: «К тому времени это уже имело смысл. Я знал, что точно родился в неправильном теле. Это была медицинская проблема и её нужно было исправить».
Его терапевт согласился и организовал консультации перед изменением пола, которое проходило в виде пяти дорогостоящих операций.
«Да, это было дорого, но я и моя семья всегда были добросовестными налогоплательщиками и я никого не просил, чтобы родиться в неправильном теле, — говорит Ли. — Любая другая медицинская проблема должна быть исправлена, а эта конечно не то, что можно сделать легко и просто. Я чувствовал, что заслужил шанс прожить свою жизнь в правильном теле и ощущать себя совершенным и счастливым»
Ли начал гормональное лечение в мае 2009 года для прекращения месячных и изменения голоса.



Примерно в это же время, как утверждает Картер, его посетили ангелы, которые заверили, что он делает правильную вещь, изменяя свой пол. «Раньше я не был слишком верующим, но однажды в супермаркете ко мне подошла дама и сказала, что она медиум и видит ангелов позади меня и что они заботятся обо мне, — рассказывает Ли. — У них, по-видимому, было сообщение для меня». «Она говорила, что они сказали, что я всё делаю правильно и после этого я начал замечать всё больше и больше знаков, такие как маленькие белые перья». Произошедшее вдохновило Ли написать книгу о своем изменении пола под названием «Жизнь с Лизой».



В июне 2010 года его груди 4-го размера были удалены, а в ноябре он перенес 12-часовую операцию фаллопластики для создания мужского полового органа с использованием кожи и вен, взятых с руки. В мае 2011 года были удалены его женские детородные органы и создана новая система мочеиспускания. В октябре 2011 года были созданы тестикулы с помощью силиконовых имплантатов, а в апреле 2012 года внутрь них был имплантирован насос. «Я был очень доволен результатами. Я наконец почувствовал, что моя внешность соответствует внутреннему миру, но я решил подождать, пока не восстановился эмоционально и физически, прежде чем начать отношения», — говорит Картер.


Но уже прошло 4 года и Ли говорит, что готов встретить подходящую женщину и потерять свою мужскую девственность. «Я не нервничаю, я точно знаю, что делать и я счастлив со своим телом, я просто хочу встретить подходящую женщину, — поясняет Картер. — У меня есть тело, я горжусь и друзьями, и семьей, которые любят меня. Все, что мне сейчас нужно, это женщина, с которой можно разделить свою жизнь».




Источник

humor.fm

Ответы@Mail.Ru: Я трансгендерный парень.

По-моему у тебя вообще ни каких проблем нет. Ты и так отлично справляешься.

Тебя не сможет понять человек, который сам никогда не хотел сменить пол. Это также, как женщина не поймет мужской оргазм, а мужчина - женский. Он может либо лояльно относится к нему, либо гундеть из-за непонимания (что делают гомофобы всякие). По факту - ищи себе подобных, только они смогут поделиться. И желательно ищи до операций. Чтобы понять стоит ли это вообще.

а я вообще ничего не пойму- ну зачем эту ху** выносить на люди- рекламма?? - ну ты сам понял что ты другой -то ли недоношенный .или наоборот, даже на знаю что посоветовать -уйди с миру и никто не будет знать!!

Сиськи - это ещё не показатель гендерности! )

Привет, я тоже трансгендерный парень, мне 20 лет, твоя история из жизни, очень напоминает мне мою, ты буд-то мою биографию пересказал. Я тоже предкам пока не рассказал и не расскажу пока не съеду от них. Ты спрашиваешь "как рассказать родителям?" я сам этим вопросом задаюсь, лично у меня план такой: я съеду от них, буду работать-сам себя кормить одевать и тд... параллельно с этим встану на учёт, чтобы получить справку о "разрешении на смену пола и документов", получу эту справку и начну смену документов ну и еще конечно же начну ЗГТ и после смены документов, пожалуй тогда расскажу все, чтобы они поняли что все у меня серьезно! пиши в лс пообщаемся? [email protected]

touch.otvet.mail.ru

Мужчина-трансгендер родил ребенка и счастлив

Тристан Риз уже попадал в заголовки газет в роли беременного трансгендерного мужчины. Теперь он родил сына, Лео Родительство дается нелегко любому, но когда ты — трансгендер, у тебя гораздо больше сложностей.

Семья из Портленда, о которой мы сегодня расскажем вам, готова показать, что трансгендеры тоже могут рожать и воспитывать детей. Тристан Риз, отец, который родил собственного сына, рассказывает: «Его первый вдох и крик это действительно самое поразительное, что было в моей жизни. Любовь к этой крохе овладела мною и я счастлив, что мой партнер Биф верил в меня все это время».

Лео родился 14 июля как по учебнику: «У меня не было никаких осложнений или медицинских проблем. Схватки продлились почти сутки, потом восемь часов активных родов, ну а потом мне пришлось тужиться около часа».

Еще в процессе беременности Тристан вел блог, в котором освещал все особенности беременности у трансгендера. И отвечал на многочисленные вопросы, большинстов из которых касались того, как это возможно в принципе.

Дело в том, что Риз, который изменился гормонально (принимая тестостерон для волос на лице и более низкого голоса), говорит, что он выглядит как мужчина, и этого ему и его партнеру вполне достаточно — он не хочет хирургически менять свое тело.

Гормоны, которые он принимает, могли бы помешать нормальному течению беременности, поэтому он отказался от них до рождения ребенка. За исключением легкого токсикоза, беременность прошла совершенно нормально.

В семье Риза и Биф уже растут двое усыновленных детей. Лео стал третьим.

Трое детей Риза. Фото Erin Schedler «Смотреть, как он медленно растет, учится фокусировать глаза, поворачивать или держать голову. Видеть как мы превращаемся в семью из пяти членов вместо четырех это такое счастье», — говорит Тристан.

Как отреагировали соцсети

У Риза и Биф много френдов. Они ведут блог о приемном родительстве. В основном, по словам Риза, их поддерживают: «Я думаю, всем выдохнули с облегчением, увидев, что трансгендер может родить. Мы пытались подтвердить это в ходе беременности и последующих событий, но сейчас они видят это собственными глазами. Я надеюсь, что они поверят нам».

Обратная сторона известности — негативные отклики и ненависть: «Все, что мы публикуем, растаскивают по сети и публикуют в желтой прессе и на сайтах, где любой может оставить комментарий. Я не слежу за судьбой наших постов, но знаю, что их критикуют, потому что я получаю множество негативных сообщений на Фейсбуке».

Но на каждое сообщение с осуждением приходит дюжина с поддержкой, говорит Тристан.

Совет трансгендерным родителям

Да, трансгендерные родители отличаются от обычных. «Работайте над своими отношениями. Старайтесь укреплять их, продумывать все, что касается беременности и вашей пары», — говорит Тристан.

Для трансгендеров важно найти врачей, которые их будут поддерживать: «Вы должны убедиться, что физически готовы к беременности, что вы можете выносить ребенка и люди, которые вас поддерживают, это часть такой готовности. Вынашивать ребенка и быть вынужденным бороться с медиками за себя слишком сложно. Ищите тех врачей, кто будет поддерживать вас».

Малыш Лео Риз говорит, что понимает, почему некоторые трансгендерные родители могут бояться родительства в целом. Он тоже слышал жуткие истории от других, кто сталкивался с осуждением со стороны врачей, например.

Так, у одного трансгендерного отца, который родил ребенка, были проблемы с медицинской страховкой, потому что в большей части документов он был записан мужчиной.

По материалам globalnews.ca

www.goodhouse.ru